В предыдущей главе про остров Гили пришлось пожертвовать хронологией, чтобы быстро рассказать про пляжный отдых и больше к нему не возвращаться. А на самом-то деле остров Бали начался с Убуда.
Убуд — это культурная столица Бали. В Убуд стремятся те, кому не хватает в жизни правильного питания, одева...
В предыдущих сериях рассказывалось, как из Джакарты попасть в Джокьякарту, зачем она нужна и что там вообще делать. На культурной столице Индонезии вся моя азиатская экзотика закончилась: впереди маячил изъезженный туристами вдоль и поперёк остров Бали. Однако и там немного удалось сойти с туристиче...
Индонезия, о. Гили Траванган, 8 июля.
В восемнадцати километрах к востоку от Джокьякарты находится храмовый комплекс Прамбанан. По нему бегают такие же группы школьников, как в Боробудуре, и охотятся на белых: сфотографироваться вместе на телефон, попищать от восторга над фоткой и по заданию учителя попрактиковать английский. В моём неа...
Iндонезiя, о. Ґілі Траванган. 4 липня.Одна голова — хорошо,
а две — лучше.
В двадцати восьми километрах на север от Джокьякарты находится действующий вулкан Мерапи. Вообще вокруг Джокьякарты нужно посмотреть всего четыре вещи: пляж Парангтритис, храмовые комплексы Боробудур и Прамбанан и вулкан Мерапи. На сам вулкан я залезать и не планировал, а собирался добраться лишь до какой-нибудь смотровой площадки. Ближайшая ожидалась в городке Калиуранг.
Я так до конца не понял, сильно я промахнулся или не сильно, но в результате я оказался в национальном парке. Среди прочего (японских пещер и горы Плаванган) парк сулил смотровую площадку с видом на вулкан. Но я сначала, конечно, попёрся покорять Плаванган, потому что по указателям это было дальше всего, а значит — сложнее.
До того как я приехал в Индонезию, несколько человек предупреждали меня, чтобы я сразу не упал в обморок от культурного шока, что хуже Джакарты города нет. Мол, смирись с тем, что даже Манила лучше, прими это как данность и сразу съёбывай куда угодно, желательно прямиком на остров Бали. Только запомни, что это самый поганый город во всей Юго-Восточной Азии. И не говори, что мы тебя не предупреждали.
После такого пиара Джакарта должна была оказаться как минимум очень симпатичной азиатской столицей. Так оно, в общем, и оказалось.
В сорока километрах на север от Джокьякарты находится храмовый комплекс Боробудур, с которого, по утверждению моей подруги-путешественницы, кхмеры и слизали свой Ангкор. Как их занесло в Индонезию — другой вопрос, но в силу азиатского менталитета — не изобретать своё, а совершенствовать уже придуманное — Ангкор получился гораздо более впечатляющ. Но Боробудур тоже не из говна сделан.
В тридцати километрах на юг от Джокьякарты находится пляж Парангтритис. Выйдя на берег, на какое-то время забываешь обо всём и смотришь вдаль, поражённый мощью воды и простором. Это не море, а настоящий Индийский океан. Это такая сила, что дух захватывает. Это не передать фотографиями и уж тем более словами. Смотрите.
Джакарта — это столица Индонезии, она находится на западе острова Ява.
Джокьякарта — это культурная столица Индонезии, она находится посередине острова Ява.
Остров Ява вытянут вдоль экватора и находится в Южном полушарии.
Все нормальные люди, когда хотят попасть из Джакарты в Джокьякарту, покупают билет на самолёт, и через час они уже там. Ебанутые путешественники вроде меня покупают билет на поезд и оказываются в Джокьякарте через десять часов бессонной ночи.
В холле нашей мини-гостиницы за соседним компьютером сидела девочка в бордовом топике и, наверное, проверяла почту. Спустя какое-то время я увидел, как она, накинув чёрный пиджак, вышла на улицу. За долгий и бестолковый день наконец-то захотелось есть. Круглосуточная забегаловка была прямо через дорогу.
Перейти улицу было не так-то просто. Мусульманские байкеры ударяли мотопробегом по ночной Джакарте, с рыком моторов и флагами за спиной — арабская вязь и меч на зелёном фоне. И как будто все — по нашей улице. Светофоры перешли в режим жёлтого, а «зебру» в Азии никто никогда не воспринимал всерьёз.
Она сидела в забегаловке спиной ко входу, но я сразу узнал её. Я выбрал пустой столик. Она обернулась, улыбнулась, что-то сказала, и я подсел к ней. Мы оба рассматривали меню на индонезийском. У меня была подсказка: краткий словарик основных названий еды — курица, говядина, рис, овощи.
— Вы что-нибудь понимаете? — спросила она, усмехнувшись.
— Нет, но у меня есть шпаргалка,— показал я.
Тотальное азиатское распиздяйство неведомым образом уживается с производством высокоточной электроники. Удивительно, как этим людям доверяют что-то сложнее лопаты. И ещё более удивительно, как с помощью сложнейших инструментов они могут создать что-то кроме бамбуковой хижины.
В Паттайе работники мастерских по ремонту сотовых телефонов смотрели на мой «Самсунг», как будто видели его впервые в жизни. Люди, которые каждый день ремонтируют десятки аппаратов разных моделей, всякий раз приходят в замешательство, когда берут в руки сотовый телефон. Эти бляди заменили мне разбитое стекло и поставили под него китайский тачскрин, который вышел из строя через месяц. Меняя стекло, они повредили динамик.
Про Лаос я вообще молчу — им и правда сложнее лопаты ничего в руки не дают, но они могут сломать и лопату. С лаосцев спрос невелик. Всех, и их в том числе, устраивает, что они — дикие люди. Меньше обязанностей, меньше ответственности. Бамбуковая хижина спасёт от дождя, зимы не бывает, бананы растут во дворе.